Ах, Болонская декларация – звучит как название итальянского десерта, правда?
Но нет, это не сладкое угощение, а хитрый план европейских гуру образования сделать всех студентов Старого Света умнее и мобильнее. В 1999 году в Болонье (вот где пицца родилась!) лидеры из 29 стран решили: «Давайте сделаем образование единым, чтобы наши выпускники могли свободно прыгать с одной страны на другую, словно футбольные мячи на чемпионате Европы». Россия, конечно же, не смогла устоять перед этим заманчивым предложением и решила присоединиться к этой образовательной тусовке в 2003 году.
Но вот тут начинается веселье.
Представьте себе: у нас в России есть своя уникальная система подготовки врачей – проверенная временем и сотнями поколений студентов. А тут бах!
– и мы начинаем ломать старую модель ради новой, европейской. Как говорится, «хотели как лучше, а получилось как всегда». Публицист Михаил Дмитриев даже назвал это «Болонской миной под отечественное медобразование». По его словам, с 2011 года у нас начали сокращать часы лекций и практики по медицинским специальностям.
Вместо того чтобы пахать над учебниками и бегать по больницам с фонариком в зубах (ну или хотя бы слушать педиатров), студенты получили целых 40% времени на самостоятельное обучение. Главное – мотивация! Если студент хочет учиться – он выучится; если нет – пусть хоть учебник жует.
А потом пришла пандемия COVID-19, и ситуация стала ещё веселее.
Студенты медицинских вузов перестали видеть настоящих пациентов (ну кто хочет заразиться?), зато получили возможность тренироваться на манекенах в симуляционных центрах. Представьте себе будущего хирурга: он вместо живого больного режет пластиковую руку и думает: «Ну ничего, главное — практика!» А опытные преподаватели тихо плачут в углу кабинета.
Кстати, тем временем реформаторы здравоохранения сами лечатся в частных клиниках с золотыми кранами и халатами из кашемира. А простому врачу приходится разбираться с пациентами после такой модернизации образования… Кто-то не выдерживает нагрузки и уходит из профессии.
Может быть потому что новая модель похожа на сломанный телефон: все слышат одно слово, а смысл теряется по дороге?
Многие вспоминают советскую систему подготовки врачей с ностальгией: шесть лет института – интернатура или ординатура – сертификаты специалисты – переподготовка каждые пять лет… Всё было логично и понятно. Тогда врач мог получить сразу несколько специальностей и спокойно работать в родной поликлинике или совмещать работу в частной клинике с государственной практикой. Это позволяло выживать провинциальным медорганизациям особенно в сельской местности — там ведь без универсальных докторов никак!
А теперь представьте себе врача из глубинки: раньше он был почти супергероем — терапевт днем, хирург вечером, а ночью мог еще бабушку подлечить от простуды.
Сейчас же ему говорят: «Нет-нет, ты должен быть узким специалистом!» И что получается? Наш герой либо превращается в редкий вид врача-одиночки с кучей дипломов для галочки либо просто покидает профессию.
В общем, реформы идут полным ходом!
Кто-то скажет: «Вперёд к европейскому уровню!», а кто-то тихонько шепчет: «А может нам обратно к советским учебникам?» Ведь иногда старое доброе действительно работает лучше новых модных идей.
И напоследок анекдот на тему медицины и образования: приходит студент-медик к профессору и спрашивает:
— Профессор, а зачем нам столько теории? Я же всё равно буду лечить пациентов руками!
Профессор отвечает:…